06:51
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Доведенный до грани (Ранение Шеппарда помогает наладить отношения с братом)
Доведенный до грани
iris Дата: Пятница, 13 Ноября 2015, 23:55 | Сообщение # 1
Житель Атлантиды
Группа: Свои
Сообщений: 746
Репутация: 417
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Название: Доведенный до грани

Автор: godsdaughter77

Оригинал: https://www.fanfiction.net/s/4363062/1/Brought-to-the-Brink

Переводчик: iris

Бета: нет

Рейтинг: NC-17 (из-за подробных описаний сцен насилия)

Действующие лица: Джон Шеппард, Дэйв Шеппард, основные персонажи Атлантиды времен 4 сезона, злодеи-ОМП

Жанр: Angst, Hurt/Comfort (причем, сначала очень Hurt, потом еще больше Angst, а уж опосля... тааакой Comfort!)

Размер: макси

Аннотация: Джон Шеппард идет на миссию, но попадает в плен... далее следуют мучения и тоска.

Комментарий переводчика. Добралась я и до этой повести. Рассказы, сюжетно являющиеся продолжением - Пропавший без вести / The Last Man: Disappeared и Не самая легкая вещь / Not the Easiest Thing - я перевела и выложила чуть раньше. И только после них взялась за эту вещь, которую я вначале вообще не хотела переводить. Во-первых, она довольно длинная, а во-вторых, очень жестокая. Но, коль уж есть продолжение, я решила перевести и предыдущую историю.
Слабонервным читать не советую, особенно тяжелая, как на мой взгляд, глава 5, ее я переводила долго и даже собиралась все забросить. Но потом осилила, а дальше пошло легче...

Итак...

Глава 1

- МакКей, я думаю, что "Фантастическая четверка" - величайшая команда супергероев всех времен!

- Напротив, подполковник, величайший супергерой всех времен - Бэтмен, так что, когда он объединялся в команду с Робином, именно это была величайшая команда супергероев.

- Послушай, МакКей, я не говорю, что Бэтмен - не великий супергерой, я просто говорю, что Бэтмен и Робин - не самая великая КОМАНДА супергероев.

Прежде чем МакКей смог придумать достойный ответ, их с Шеппардом жизненно важные дебаты прервало внезапное вмешательство полковника Картер.

- Простите, что прерываю, господа, но мы должны начать обсуждение, и все остальные уже здесь.

Увидев, что Ронон, Лорн и четыре морпеха: О'Брайен, Кент, Уэстон и Коннер уже сидят за столом, Шеппард и МакКей быстро направились к свободным местам в конце комнаты. Все обратили свои взоры на полковника Саманту Картер, и она начала обсуждение.

- Как вы все знаете, Брикьен и его люди нацелились на Атлантиду с тех пор, как наша флаг-команда два месяца назад разрушила их главную базу и освободила всех заключенных. А сейчас у нас появились новости о нынешнем местонахождении Брикьена. Похоже, он создал еще одну лабораторию на планете M5G-173 и работает над биологическим оружием, которое собирается использовать против Атлантиды.

Как только Картер сделала паузу, МакКей прервал ее, спросив:

- А где мы взяли эту информацию? И откуда нам знать, что это не ловушка?

На этот вопрос ответил Джон:

- Информация получена от дженаев, и мы действительно не знаем, ловушка это, или нет. Однако нам известно, что, по крайней мере, частично она основана на правде. На многих заключенных, которых мы спасли, проводили эксперименты в попытке разработать своего рода биологическое оружие. Плюс, нам известно, что прежде чем мы разрушили его базу, он сумел вывезти оттуда большую часть своих исследований в области биологического оружия. Не трудно предположить, что спустя два месяца он начал их снова и продолжает над этим работать.

- Мы должны помешать ему, прежде чем он получит шанс нанести вред многим людям. Кроме того, по словам дженаев, Брикьен собирается организовать нападение на Атлантиду, - объяснила Картер.

- Поэтому мы считаем, что, учитывая потенциальную пользу, стоит рискнуть. Дженаи передали нам основные планы базы, и я думаю, что с небольшой командой мы сможем туда проникнуть, уничтожить оружие, создаваемое Брикьеном, загрузить вирус, который сотрет все его исследования, и если нам повезет, возможно, даже захватить самого их создателя, - сказал Джон.

- Да, но даже если мы уничтожим его исследования на той базе, разве у него не будет копий этой информации на других? - спросил Лорн.

- Нет, не будет, - ответил Шеппард. - Для этого он слишком параноидален. Он не желает рисковать и позволить завладеть результатами всех своих исследований кому-то еще, чтобы потом использовать их против него. Он считает, что чем меньше мест, где они хранятся, тем лучше. К тому же его волнует не только то, что они достанутся дженаям или нам. Он точно так же не доверяет всем людям, которые работают на него.

- Ладно, - заявил Ронон. - Итак, каков наш план?

На этот вопрос ответила полковник Картер:

- Вы все проникаете на базу. Шеппард, Лорн, Кент и О'Брайен будут искать оружие, чтобы уничтожить его, тем более, что Шеппард видел его прототип в предыдущей лаборатории, в то время как Ронон, Уэстон, Родни и Коннер пойдут загружать вирус. Еще вопросы? Ладно, тогда предлагаю всем изучить планы базы и быть готовыми отправляться завтра в 7 утра. Это время соответствует сумеркам на M5G-173. А теперь я оставлю вас прорабатывать оставшиеся детали, а сама займусь кое-какими другими делами. Удачи! - С этими словами полковник Картер покинула зал совещаний.

В течение следующего часа участники миссии тщательно прорабатывали все детали.

***

План, как всегда, поначалу работал отлично. Шеппард, О'Брайен, Лорн и Кент столкнулись в пути всего с парочкой патрулей и легко вывели всех их из строя. Они быстро нашли оружие и начали размещать C4, чтобы потом взорвать его. Внезапно тишину нарушила рация.

- Шеппард, у нас проблемы! - раздался в наушниках крик Ронона.

- Что случилось? - спросил тот, уже направляясь к ним.

- Мы с МакКеем отделились от остальных после того, как Коннера оглушили, и Уэстону удалось спрятать его в боковой комнате. Они отсиживаются там и не могут выйти без посторонней помощи. Я думаю, что охранники слишком близко к их позиции, чтобы вы могли связаться с ними по рации. Мы с Родни не можем добраться до компьютеров, поскольку нас преследует слишком много этих парней.

- Где вы находитесь прямо сейчас?

- Сейчас мы направляемся в сторону выхода.

- Ладно, продолжайте двигаться, но постарайтесь не покидать комплекс. Когда мы вытащим Уэстона и Коннера, вам придется вернуться назад и загрузить вирус. Лорн и Кент, взрывайте оружие. О'Брайен, мы с Вами идем помочь Уэстону и Коннеру. - Как только Шеппард все это произнес, все перешли к действию.

Им не понадобилось много времени, чтобы добраться до места, где скрывались Уэстон и Коннер, но казалось, прошла вечность. Шеппард, посматривающий на детектор жизненных сигналов, увидел четверых охранников, идущих к укрытию, и понял, что если они собираются помочь своим солдатам, их следует поскорее снять.

- Лорн, мы рядом с Коннером и Уэстоном. У вас все готово для взрыва?

- Да, сэр! Мы как раз закончили.

- Отлично! Мне нужно, чтобы вы взорвали все через 30 секунд. Думаю, это должно отвлечь охрану, и мы сумеем вытащить наших ребят.

- Понял, - последовал быстрый ответ Лорна.

Шеппард и О'Брайен заняли позицию, позволявшую им снять охранников как можно быстрее. Взяв оружие наизготовку и уставившись на детектор жизненных сигналов, оба приготовились, и тут раздался внезапный взрыв, заставивший содрогнуться все сооружение. Не тратя времени впустую, нападающие выскочили из своего укрытия и начали стрелять по охранникам. Они справились с ними меньше чем за минуту и направились в комнату, где прятались Коннер и Уэстон.

Открыв дверь, они обнаружили Коннера, лежащего без сознания на земле. Уэстон стоял перед ним на коленях, направив свое оружие на Шеппарда и О'Брайена. Едва увидев, кто у двери, он сразу опустил его. Шеппард проверил детектор жизненных сигналов, чтобы убедиться, что рядом нет никого из охраны, после чего О'Брайен и Уэстон положили руки Коннера себе на плечи и вышли из комнаты.

- Лорн, Уэстон и Коннер с нами. Направляйтесь с Кентом к Вратам. Мы встретим вас там. Родни, Ронон, возвращайтесь в диспетчерскую и запускайте вирус, пока все отвлечены взрывом.

Они медленно двинулись по коридору вниз. Шеппард осторожно вел их к Вратам, делая все возможное, чтобы его люди могли безопасно выйти из здания. Им удалось избежать патрулей, пока они шли по комплексу, но на выходе стояло два охранника. Махнув Уэстону и О'Брайену, чтобы те остановились, подполковник медленно прокрался вперед и, прицелившись, застрелил обоих охранников, прежде чем второй успел понять, что первый убит. К этому времени ночь полностью опустилась на планету, и Шеппард продолжал смотреть на экран, стараясь убедиться, что на них никто не нападет. Однако прежде чем они смогли отойти достаточно далеко, тишину нарушил голос Ронона.

- МакКей ранен. У него сильное кровотечение. Я должен вывести его отсюда.

- Понятно. Доставь его к Вратам, - сказал Джон. Как только он услышал, что Родни серьезно ранен, его сердце бешено застучало. Заставив свои мысли вернуться к стоящей перед ними задаче, он спросил: - Ему удалось заразить их компьютеры вирусом?

- Нет.

Шеппард знал, что у него нет выбора. С одной стороны, он, конечно, мог пройти через Врата, не уничтожив результаты исследований. Но Джон прекрасно понимал, что если бы он так поступил, Атлантида в любой момент могла быть уничтожена ужасным оружием, разработанным Брикьеном. С другой стороны, он мог уничтожить все результаты и лишить Брикьена возможности когда-либо их восстановить, но это означало для него плен или смерть. Подполковник без колебаний приказал Уэстону и О'Брайену двигаться с Коннором к Вратам, а сам помчался в лабораторию. Связавшись по рации с остальной частью команды, он приказал им дождаться Родни и Коннора, а как только те доберутся до Врат, отправляться на Атлантиду и поднять щит, чтобы не допустить любых нежелательных посетителей.

- А как насчет Вас, подполковник? - с явной неохотой спросил майор Лорн, словно уже знал, что Шеппард планировал пожертвовать собой ради всех на Атлантиде.

- Майор, просто проведите всех через Врата, как только они появятся! Кстати, Вас и Ронона это тоже касается. Это! Приказ!

Хотя никто не хотел выполнять этот приказ, все знали, что не могут не повиноваться Шеппарду, когда он говорит таким голосом, и понимали, что как только они достигнут Врат, им придется покинуть планету.

Подполковник украдкой крался по коридорам базы, вспоминая маршрут в лабораторию, который он изучил на схеме еще в Атлантиде. По-видимому, все до сих пор были заняты взрывом, и он смог добраться до диспетчерской без каких-либо проблем. Как только он попал туда, с ним связался по рации Лорн и сообщил, что все добрались до Врат.

- Хорошо, майор. Проходите и поднимите щит. Я вернусь, как только смогу, - сказал Шеппард, прекрасно понимая, что ему не удастся пройти через Врата.

Запуская вирус в компьютер, он знал, что у него не очень много времени, прежде чем охранники обнаружат его местонахождение. Еще на Атлантиде он убедился, что все, кто отправлялся на эту миссию, знают, как загрузить вирус, на случай, если что-то произойдет с МакКеем, и теперь был более чем рад своему решению. Нажав клавишу ввода на компьютере, он быстро отсоединил блок с загрузочными данными и расстрелял его на части, чтобы гарантировать, что у Брикьена не будет ни единого шанса отменить работу вируса, разрушавшего всю информацию в компьютерной сети на этой базе.

Хотя Шеппард знал, что не сможет добраться до Врат, прежде чем его схватят или убьют, он не собирался сдаваться без боя, поэтому постарался уйти подальше и подыскать себе хорошее укрытие. Пытаясь вспомнить расположение здания, он продолжал посматривать на детектор признаков жизни, чтобы знать, есть ли кто-нибудь перед ним или сзади.

К своему сожалению, очень скоро он увидел, что за ним следует группа охранников, а еще больше их находится в проходе перед ним. Шеппард знал, что Брикьен пытался окружить его и вполне преуспел в этом. Охранники были во всех проходах, ведущих наружу, и их было слишком много, чтобы дать Джону шанс уйти.

Поняв, что охранники все ближе, Шеппард не стал больше бегать и зашел в зал, заканчивающийся тупиком, гарантируя, по крайней мере, что никто не подкрадется к нему сзади. Не то, чтобы в этом было большое преимущество, особенно если учесть, что почти все охранники на базе стремительно приближались к его укрытию.

Быстро вытерев потные руки о штаны, он крепко сжал свой P-90, жалея, что не может как следует удерживать его и стрелять с детектором в руках. Вместо этого ему придется полагаться на более примитивные методы, чтобы знать, приближается ли кто-либо... или все вместе к его позиции. Внимательно прислушиваясь к малейшему звуку, чтобы заметить любое изменение и подготовиться к приближению охранников, он испытывал желание рассмеяться над иронией ситуации... "последний бой Шеппарда"...

На самом деле все это не слишком отличалось от финала, с которым он всегда предполагал столкнуться: во вражеском объекте, куда он проник в одиночку, окруженный обнаружившими его охранниками... все было точно так, как он ожидал с тех пор, как стал участвовать в секретных операциях. Однако само место определенно отличалось от его представлений. Вместо какой-нибудь ближневосточной страны на Земле он находился в галактике Пегас на планете с двумя лунами. Хотя, по крайней мере, он столкнулся с людьми, а не с высасывающими жизнь вампирами или крошечными роботами, создающими из себя двойников Древних в духе какой-нибудь бредовой научно-фантастической идеи.

Внезапно его хаотичные мысли были прерваны, поскольку он ощутил небольшие колебания в воздухе и почувствовал слабый запах пота. Звуков он почти не слышал; очевидно, эти ребята были обучены ходить тихо, и они знали, что он должен быть где-то рядом. Конечно, им все еще не было известно его точное местоположение, так что он планировал использовать это преимущество по максимуму.

Выждав минуту, чтобы позволить им подойти поближе... он прыжком выскочил в пересекающийся проход и расстрелял из своего P-90 людей, кравшихся к его позиции. Трое из них были мгновенно мертвы, еще двое ранены, но шестому удалось отскочить в безопасное место, а еще двое начали стрелять в Шеппарда, заставив его отступить назад в зал.

Шеппард ощутил легкий трепет победы, оттого что пережил первое столкновение, хотя он знал, что теперь они знают его точное местоположение.

Ему не пришлось долго ждать, прежде чем они применили новую стратегию. В зал швырнули канистру, которая взорвалась от удара, выпустив какой-то газ. Шеппард сделал глубокий вдох, набрав в легкие пока чистого воздуха, и задержал дыхание, после чего упал на землю, надеясь, что когда они подойдут к нему, он все еще будет в сознании и сумеет забрать нескольких из них с собой.

Спустя пару минут, когда его легкие начали требовать кислород, и зрение стало расплывчатым, он увидел, что несколько охранников приближаются к нему. Прежде чем они успели отреагировать на тот факт, что он в сознании, Джон расстрелял их в упор.

Однако отдача оружия заставила его непроизвольно вдохнуть воздух, все еще наполненный газом. Шеппард почувствовал, как P-90 выскальзывает у него из рук, и его голова падает на пол... а затем он больше ничего не помнил...

Глава 2

Шеппард очнулся от чувства, что его руки сильным рывком заломили за спину, а затем крепко связали грубыми веревками. Веревки впились в кожу, препятствуя кровообращению.

- Он просыпается, - послышался чей-то резкий голос.

- Хорошо! - Ответный голос был такой же резкий, и Джон почувствовал сильный болезненный удар в живот.

- Не могу даже представить, как счастлив будет Брикьен, когда узнает, что мы тебя схватили. Он очень давно мечтает поговорить с тобой. - Пытаясь отдышаться, Шеппард мутным взглядом посмотрел вверх на источник голоса. - И можешь быть уверен: после того, что ты сделал сегодня, он жаждет поговорить с тобой еще больше, - продолжил тот с кривой ухмылкой. - Многие из нас жаждут.

Громилы дернули Шеппарда вверх, заставляя подняться, но его ноги подкашивались, и он бы упал, если бы они безжалостно не удерживали его за руки. Прежде чем он сумел заставить ноги слушаться, а коридор перестать вращаться, так, чтобы мог идти самостоятельно, охранники двинулись вперед.

Его ноги продолжали цепляться за неровный пол комплекса, и вместо ходьбы он продолжал волочиться между ними. Шеппарду потребовались несколько минут, чтобы достаточно сосредоточиться и понять, что они направляются к Звездным Вратам, а это значит, что его переправят в другой мир. Учитывая его обычную удачу, скорее всего, такой, о котором экспедиция Атлантиды никогда прежде не слышала.

К тому времени, как они вышли из комплекса, Шеппард смог, наконец, идти самостоятельно, и вместо того, чтобы грубо тащить его за руки, они использовали что-то типа винтовки, время от времени толкая ею его в спину и заставляя двигаться быстрее.

Когда они дошли до Врат, адрес был уже набран, так что у Джона не было шанса его увидеть. Он лишь надеялся, что МакКей или Зеленка сумеют применить свою магию и считать последний набранный адрес из наборного устройства, чтобы узнать, куда его увели.

Когда винтовка подтолкнула Шеппарда к ступенькам, ведущим на возвышение, он чуть не споткнулся, бросив взгляд на большую лужу крови, которую, как он предполагал, оставил там МакКей. Он с трудом сглотнул и мысленно помолился, надеясь, что с Родни все будет в порядке. Джон оглянулся, ища какой-нибудь способ избавиться от охранников и остаться на планете, где его команда... а не его семья... будет искать его в первую очередь. Но охранники со строгими лицами окружили его со всех сторон, и их оружие, направленное ему в голову, быстро заглушило эти мысли.

Он еще немного помедлил, прежде чем пройти через горизонт событий, но нетерпеливый охранник толкнул его вперед, и, попав на другую сторону, он потерял равновесие. А поскольку его руки все еще были крепко связаны за спиной, он не смог удержаться на ногах и свалился на землю.

- Ты хоть раз думал о том, чтобы позволить кому-нибудь двигаться самостоятельно? - спросил Джон, оглядываясь на толкнувшего его человека.

Охранник только ухмыльнулся Шеппарду, и Врата за их спиной закрылись. Пленник огляделся вокруг и с удивлением увидел, что они находятся посреди бесплодной пустыни. В любом направлении на мили ничего не было. Но прежде чем он смог придумать какое-нибудь остроумное замечание, которое принесло бы ему информацию о том, где находится форпост... или немного боли от охранника, посчитавшего его слишком любопытным, этот самый охранник крикнул:

- Ладно, набирайте следующий адрес.

"Ну, конечно", с горечью подумал Джон. "Они хотят сделать мои поиски для Атлантиды максимально трудными". Теперь им нужно было не только вычислить адрес Врат из предыдущего мира, они должны были также выяснить, куда его отправили из этого мира, и, вероятно, еще нескольких других, через которые его протащат. Шеппард чувствовал, как надежда на то, что команда найдет его, тает с каждой минутой, и жалел, что не может выместить свое расстройство на подвесной груше в Атлантиде... где он был бы в безопасности со своей командой.

Но при этом он ни капельки не жалел о своем решении уничтожить информацию в компьютере Брикьена. Он знал, что Атлантиде теперь ничто не грозит, и злодею-ученому потребуются годы, чтобы восстановить все свои прежние исследования и вновь создать оружие. Надо надеяться, до того времени с ним будет покончено раз и навсегда.

***

Шеппарда протащили еще через несколько Врат подряд, каждый раз заставляя отворачиваться, когда набирался новый адрес. Наконец они остановились на планете, освещаемой только тонким полумесяцем. Дул сильный ветер, и Джон дрожал от холода. Планета выглядела пустынной со скалистыми горами и лишь несколькими жесткими кустами, разбросанными тут и там. Этот мир выглядел неуютным и неподходящим для жизни, так что был идеальным местом для резервной базы Брикьена.

Охранник толкнул подполковника вперед, заставляя идти под пронизывающим ветром. В течение следующего часа или около того они двигались, казалось, в случайном направлении, все дальше удаляясь от Звездных Врат в горы. Тут не было даже козьих троп, и Шеппард понял: Брикьен позаботился о том, что если кто-то случайно попадет в этот мир, то посчитает его пустым и покинет, прежде чем обнаружит его укрытие.

Из-за неровной поверхности, рыхлой почвы, быстрого темпа и крепко связанных за спиной рук Джон часто спотыкался и падал. Когда это произошло в очередной раз, он упал на острый камень и распорол правое колено, чуть не вскрикнув от боли. Ему и до того было тяжело подниматься после каждого падения, поскольку он не мог использовать руки. Помощь же охранников заключалась в том, что они либо впивались в него грозными взглядами и угрожали винтовками, как будто страх быть застреленным мог помочь ему встать, либо резко пинали в живот ботинками, что, должен он признать, определенно заставляло его сводить время, проведенное на земле, к минимуму.

К сожалению, на этот раз, когда он попробовал встать, правая нога подкосилась под ним, и Джон оказался в том же положении, с которого начал. Он быстро попытался встать снова, надеясь, что охранники не будут практиковать на нем свои методы борьбы, но обнаружил, что из-за острой боли в колене в настоящий момент просто не может стоять. Охранники, однако, решили, что он просто ждет очередных ударов, и Шеппард почувствовал резкий тычок прикладом в плечо и услышал грубый голос, требующий, чтобы он встал. От внезапной боли Джон задохнулся и гневно ответил:

- Послушайте, я делаю это не нарочно! Если бы вы просто развязали мои руки... не знаю... может быть, я смог бы встать!

Охранникам, очевидно, не понравилась эта идея, и вместо того, чтобы освободить ему руки, двое амбалов подняли его на ноги. Шеппард стоял, впившись взглядом в охранника и пытаясь не давить всем весом на больную ногу. Тот в ответ злобно сверкнул на него глазами.

- Когда я говорю "встать", ты встаешь! - с нажимом произнес он, погрузив свой кулак в живот Шеппарда и выбив из дух.

Пленник согнулся далеко вперед, повиснув в жестких захватах на своих руках, и попытался отдышаться и унять боль, вызванную ударом. Прежде чем он полностью оправился, охранник, которого Джон решил назвать Джорджем, приказал всем двигаться дальше. Шеппард, наверное, упал бы снова, но Джордж, вероятно, подумал, что они могут добраться до теплой базы быстрее, если им не придется останавливаться каждые десять минут, чтобы поднимать его. Так что охранники схватили его под руки с обеих сторон и потащили вперед. Вскоре после этого показалась дверь, ведущая в один из холмов. Ее вряд ли кто-нибудь мог заметить, если бы не оказался прямо перед ней, поскольку она была такого же цвета, что и холм, и легко сливалась с ним. Дверь открыли изнутри, прежде чем ее достиг первый из охранников, и подполковник предположил, что у входа должно быть что-то типа системы наблюдения.

Шеппард был рад убраться с пронизывающего ветра и зайти в отапливаемый бункер. Гораздо меньше его радовали мысли о том, с чем он столкнется в указанном бункере, тем более, зная, что атлантийцам, даже с МакКеем во главе, потребуется какое-то время, чтобы найти его... и он даже не был уверен, жив ли Родни...

"НЕТ!" сказал сам себе Джон. "Я ни за что не разочаруюсь в Родни. Я не буду думать, что он мертв, пока не увижу его гниющий труп. Кроме того, когда кто-то постоянно ноет, что умирает или собирается умереть, как это всегда делает Родни, он не может действительно умереть в ближайшее время. Ирония судьбы просто не позволила бы этому произойти". При этой мысли Шеппард позволил себе легкую улыбку, хотя она не задержалась надолго, поскольку его втащили в холм.

Место напомнило ему о базе дженаев, где его держали, когда Кола кормил им рейфа, и эта мысль ни в коей мере не уняла его опасения. Шеппард изо всех сил пытался контролировать свое дыхание и не дать понять охранникам, что его вообще что-то волнует.

Наконец, они вошли в короткий коридор с клетками, стоящими в ряд с одной стороны. Хотя между клетками были массивные стены, от самого коридора они отделялись только тюремными решетками. "Вероятно, чтобы у людей в клетках не было никакой частной жизни", мрачно подумал Джон.

Клетки тоже неприятно напоминали дженаевские, хотя были достаточно несхожими, явно свидетельствуя о том, что этот бункер никогда не принадлежал дженаям. Шеппард с удовлетворением заметил, что все клетки были пустыми, поскольку мысленно все еще возвращался к времени, проведенному у Колы. Хотя в прошлый раз ему и удалось сбежать с помощью Тодда, он больше ни за что не хотел бы снова испытать боль от кормления рейфом. Так что, зная, что в соседней клетке нет рейфа, он ради душевного спокойствия был вполне рад отказаться от мысли о помощи подобного заключенного.

Пленника с силой втолкнули в большую клетку. Его колено пронзила острая боль, и он, не в состоянии устоять на ногах, упал на землю. Два охранника и Джордж последовали за ним в клетку, в то время как еще трое ждали снаружи с оружием, направленным на него. Шеппард подумал, что это немного чересчур. Конечно, он мог бы подумать о том, чтобы снять четырех охранников, но определенно не пятерых или шестерых... если бы у него не было оружия, конечно.

Один из охранников рывком поставил Джона на колени, в то время как другой разрезал веревки, связывающие его запястья. Затем без предупреждения охранники начали стаскивать его куртку. Жилет с него сняли еще на первой планете. Как только воздух клетки соприкоснулся с голой кожей его рук, он понял, что Брикьен не тратил впустую энергию на обогрев.

- Эй, здесь, вроде как, холодно, так что я был бы очень признателен, если бы вы оставили мою куртку. К тому же, это - не ваш цвет.

Джордж только рассмеялся, после чего приказал охранникам снять с него ботинки и носки.

- Я не это имел в виду, - пробормотал Шеппард, когда левый ботинок и носок были резко сдернуты с его ноги. Когда они принялись стаскивать правый ботинок, Джон не мог не издать небольшой рык, поскольку, торопясь, они задели его пульсирующее колено.

Как только они закончили, Джордж велел двум охранникам поднять его на ноги и заглянул ему прямо в глаза.

- Я только хочу, чтобы ты немного почувствовал, с чем столкнешься, когда сюда прибудет Брикьен, - сказал он.

С этими словами Джордж ударил Шеппарда кулаком в живот. Охранники, удерживающие пленника, не дали ему согнуться, и тут кулак Джорджа въехал прямо Джону в лицо. Тот смотрел на своего мучителя с яростью в глазах, но прежде чем смог найти слова, чтобы выразить отвращение к этому человеку, кулак снова ударил его в лицо. На этот раз, когда он от боли попытался опуститься на землю, охранники отпустили его.

Как только Шеппард попробовал сфокусировать взгляд, Джордж опустился рядом с ним на корточки и прошептал:

- Помни, это - только начало, - после чего в сопровождении остальных охранников покинул клетку и выключил основной свет в этой зоне, оставив только бледно-синюю аварийную лампу в зале.

Шеппард, пытаясь не обращать внимания на пульсирующую боль в голове, свернулся в клубок, чтобы сохранить тепло. "Мысли позитивно, Джон", сказал он себе. "Это именно то, что тебе сейчас нужно. Помни, твоя команда никогда не перестанет тебя искать, и лучшие умы двух галактик работают над этим". Он припомнил все прежние случаи, когда команда находила его, и улыбнулся. "Да, они найдут меня", сказал Джон сам себе, "ведь раньше они никогда не терпели неудачу".

Глава 3

Шеппард провел большую часть этой ночи, шагая по своей камере. Его организм привык к стандартному времени Атлантиды, а поскольку там был еще день, он не настолько устал, чтобы хотеть спать. Кроме того, задремать ему мешал слишком сильный холод. Вместо этого Джон вышагивал по клетке, потирая руки в слабой попытке согреться. Каждые несколько минут его тело начинало яростно дрожать, и Шеппард мог только надеяться, что ночи на этой планете короткие, и что днем в его камере хоть немного потеплеет. Однако он беспокоился о том, что принесет ему новый день. "Скорее всего, еще больше мучений", думал он, пытаясь выгнать боль из своей пульсирующей головы.

Мысли Джона обратились к тому времени, когда он впервые столкнулся с Брикьеном. Это должна была быть простая миссия на планету с технологией Древних, но конечно, ни одна миссия с его командой никогда не бывала простой. Они прибыли на "необитаемую" планету солнечным утром, и их датчики сразу зафиксировали источник энергии, заставивший МакКея пускать слюни. Когда они добрались до форпоста, оставленного Древними, то обнаружили, что этот мир не так уж необитаем, как им хотелось. Вскоре после этого их захватили в плен.

Захватчики переправили их через Врата на другую планету и посадили в камеру. Через несколько часов Шеппарда вывели и повели на допрос к их главному, парню по имени Брикьен. Похоже, он был злодеем-ученым, желающим завоевать мир, или, по крайней мере, его пегасской версией. Подполковник обнаружил, что Брикьен создавал биологическое оружие, собираясь использовать его против других планет, чтобы воровать их технологии и ресурсы. К своему ужасу Джон также узнал, что он испытывал его на людях, похищенных из других миров, включая женщин и детей.

Шеппарда затошнило от этих мыслей, и он поклялся, что не даст этому негодяю реализовать свои планы и освободит пленников. Правда, в тот момент он мало что мог сделать. Когда после допроса Брикьена его тащили обратно в камеру, он был почти без сознания. Придя в себя, он обнаружил, что его команду отделили от других морпехов, и Джона переполняло беспокойство за их судьбу.

Следующие два дня прошли как в тумане, поскольку Шеппард продолжал "наслаждаться" своеобразным гостеприимством Брикьена. А потом тот решил продемонстрировать своему пленнику созданное им биологическое оружие. И тут Джон узнал, что его слабым местом была система доставки. Хотя Брикьен мог поразить своими биологическими компонентами одного человека за один раз, ему нужно было что-то наподобие лучевой технологии, чтобы охватить сразу многих, сделав свое оружие более эффективным.

Ученый приказал ввести одного из заключенных, который был подвергнут воздействию оружия, и Шеппард почувствовал боль, увидев, как тело человека начало разрушаться. После этого Брикьен заявил, что если Шеппард не выдаст ему нужную информацию, он использует свое оружие против планеты этого человека. Мерзавец прекрасно понимал, что Джон скорее предпочтет подвергнуться пыткам, чем рисковать жизнями других, даже людей, которых он никогда не встречал.

Мужчина залился слезами, однако отказался умолять о жизнях своей семьи, друзей и близких. Подполковник знал, что не может предать Атлантиду, даже ради спасения другой планеты, но чувствовал, как все внутри у него сжалось от отчаяния и невозможности что-то сделать. Он не согласился выдавать информацию о городе, и вместо этого попытался использовать что-нибудь другое, все, что только мог придумать, чтобы заключить сделку, не навредив своим людям. Брикьен отказался от всего, что предложил ему Шеппард, но тут судьба совершила неожиданный поворот. Джон не успел ничего заметить, как пленник, о котором все совсем забыли, внезапно рванулся, выхватил у охранника винтовку и выпустил шквал пуль в оружие. По крайней мере, одна из тех пуль попала во что-то важное, и оружие взорвалось. Шеппард находился слишком близко к месту взрыву и потерял сознание.

Он очнулся от того, что бывший пленник сидел рядом с ним на корточках и тряс его. В хаосе, возникшем от разрушения оружия, Брикьен исчез. Как стало известно Шеппарду позже, злодей-ученый узнал, что Атлантида ищет своих людей, и теперь они могли точно определить их местоположение. Как только Шеппард смог снова двигаться, ему с помощью его союзника удалось освободить свою команду, остальных морпехов и всех людей, на которых экспериментировал Брикьен. Но того уже и след простыл, и большинство его охранников тоже исчезло. Догадавшись, что скоро прибудут люди из Атлантиды, злодей скачал все свои исследования и удрал. Подполковник повел толпу к Вратам, и по пути они действительно встретили спасательную команду.

Шеппард отвлекся от этих мыслей. Несмотря на холод, он больше не мог продолжать ходить. Его колено пульсировало острой болью, и он боялся, что если не сядет, нога подогнется под ним во время ходьбы. Джон медленно опустился на землю, прислонился спиной к холодной стене и обнял руками колени в тщетной попытке сохранить хоть малую толику тепла своего тела.

Его мысли стремительно неслись все дальше, и он задумался, что принесет ему новый день, и какие пытки придумает для него Брикьен. Чтобы отвлечься, он начал в уме решать математические уравнения. Он всегда любил математику, и обнаружил, что она часто помогала ему расслабиться. Шеппард помнил лицо МакКея, когда он впервые продемонстрировал ему, что кое-что смыслит в математике. Это было как раз перед тем, как он ушел спасать Самнера, Тейлу и остальных, захваченных рейфами во время их первого похода через Врата в галактике Пегас. Родни выглядел потрясенным при виде солдата, имеющего хоть какой-то интеллект, и пришел в полное замешательство. Джон все еще помнил, как тот запнулся, и слегка улыбнулся про себя... Потом был еще момент на планете с Братством, когда МакКей узнал, что Шеппард, мог стать членом Менса. Джон не был уверен, что МакКей когда-нибудь поймет, как кто-то мог быть достаточно умным, чтобы пройти тест, но решил не присоединяться к обществу.

Внезапно сильная дрожь отвлекла Шеппарда от этих мыслей. Вместо того чтобы попытаться вспомнить, о чем только что думал, он снова начал решать математические уравнения и надеяться, что ночь скоро закончится, и с ее окончанием станет теплее.

Продолжение следует...
Сообщение отредактировал iris - Суббота, 14 Ноября 2015, 17:34
Награды: 8  
Kitten Дата: Суббота, 14 Ноября 2015, 00:10 | Сообщение # 2
Дух Атлантиса
Группа: Свои
Сообщений: 7445
Репутация: 2068
Замечания: 40%
Статус: где-то там
Цитата iris ()
а во-вторых, очень жестокая.

хотя я не приветствую излишнюю жестокость. но думаю, не жесточе того, что творят с Шеппом некоторые фикрайтеры.
Цитата iris ()
Внезапно сильная дрожь отвлекла Шеппарда от этих мыслей. Вместо того чтобы попытаться вспомнить, о чем только что думал, он снова начал решать математические уравнения

это больше по части МакКея. нежели Шеппарда. Джон (как солдат) наверное стал бы припоминать прежние миссии, свои подвиги, в том числе и на амурных полях.

Цитата iris ()
о нынешнем местонахождении Брикьена.
что-то я плоховато помню данного перса и его увлечение биологическим оружием с желанием испытать его на Атлантисе. Колью помню, Коуна из дженаев помню. Помню, атлантийцы ловили Майкла пов сей галактике, попутно уничтожая его базы.

Цитата iris ()
Похоже, он создал еще одну лабораторию на планете M5G-173 и работает над биологическим оружием, которое собирается использовать против Атлантиды.
все равно Майкла ему в этом не переплюнуть (если конечно он не работает на Майкла ... если они не снюхались на почве уничтожения Атлантиса).

Цитата iris ()
Информация получена от дженаев
не самый надежный источник информации. Дженаи себе на уме.

Фик вцелом хороший. хотя и тяжеловат в прочтении.


Мир велик и тесен (с)
ШОК - это по-нашему (с)
Награды: 99  
iris Дата: Суббота, 14 Ноября 2015, 17:33 | Сообщение # 3
Житель Атлантиды
Группа: Свои
Сообщений: 746
Репутация: 417
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Kitten ()
не жесточе того, что творят с Шеппом некоторые фикрайтеры.


Нет, этот фик, пожалуй, самый садистский из тех, что мне попадались. Если бы я до того не перевела рассказы и уже не вымучила первые пару глав, то, наверное, вряд ли взялась бы за него. Да и сидела я с этим фиком очень долго, дольше обычного. По крайней мере, больше месяца.

Цитата Kitten ()
Джон (как солдат) наверное стал бы припоминать прежние миссии, свои подвиги


Это у него еще впереди...

Цитата Kitten ()
что-то я плоховато помню данного перса и его увлечение биологическим оружием с желанием испытать его на Атлантисе.


А его и не было, он - исключительно плод фантазии автора. Наверное, мне нужно было указать его, как ОМП. Я так и сделаю...

Цитата Kitten ()
Фик вцелом хороший. хотя и тяжеловат в прочтении.


Ох, дальше еще тяжелее. Немного полегчает сразу после 6 главы,


Ладно, выкладываю дальше...

***

Шеппард услышал звук приближающихся шагов и быстро встал, чтобы столкнуться с теми, кто идет, лицом к лицу. Он предполагал, что на этой планете сейчас конец дня или ранний вечер, но не мог знать наверняка. Хотя его тело, наконец, желало сна, люди Брикьена гарантировали, что он его не получит. Каждый раз, когда он начинал дремать, включалась сирена, не давая ему заснуть. Кроме того, голод и жажда Джона все возрастали; уходя с Атлантиды, он только слегка позавтракал, и с тех пор ни разу не ел. И все же он сомневался, что те, кто сейчас шел к его камере, несли ему воду или еду.

Подошел Джордж вместе с тремя другими охранниками и встал перед решетками камеры. На его лице расплылась широкая улыбка, заставив заключенного почувствовать себя чертовски неуютно.

- Как здорово, что вы зашли, - язвительно заметил Шеппард. - Я уже думал, что вы обо мне забыли.

- Повернись.

Намерениям Джона наброситься на охрану и захватить оружие не суждено было сбыться, поскольку один из охранников заставил его повернуться и связал запястья за спиной.

Шеппарду оставалось только слегка хромать, пока Джордж вел его к тому, что, как догадался Джон, было комнатой для допросов - или, точнее, камерой пыток.

Там его усадили на жесткий металлический стул, пристегнув руки по бокам и прикрепив специальными зажимами лодыжки к ножкам стула. Два охранника встали у него за спиной, где он не мог их видеть, и Шеппард почувствовал, что его тело застыло от напряжения. Джордж вышел из комнаты, в то время как третий охранник встал у двери, направив винтовку на пленника, как будто тот, с привязанными запястьями и прикованными к стулу ногами, мог даже подумать - ну ладно, попытаться - сбежать.

Минуты шли, и Шеппард задумался, сколько времени его тело может оставаться напряженным, пока он ждет, когда его ударят охранники или появятся Брикьен и Джордж. Наконец, после того, как для Джона прошла целая вечность, дверь в комнату открылась, и вошел Брикьен в сопровождении Джорджа.

Ученый не очень изменился с тех пор, как Шеппард увидел его в первый раз: его глаза оставалась такими же холодными, расчетливыми и злобными, как и прежде. Хотя с тех пор подполковник сделал очень многое, способное взбесить его, и он знал, что Брикьен воспользуется любой возможностью, чтобы причинить ему страдания.

- Шеппард, я должен сказать, что события, связанные с твоим пленением, вызвали у меня противоречивые чувства. С одной стороны, ты уничтожил мое оружие, все мои исследования в этой области, заставил меня оставить мою исследовательскую базу, ранил и убил многих моих людей. - Пока он перечислял каждое обвинение против Джона, кулак одного из охранников вступал во взаимодействие с какой-нибудь частью его тела, как бы заставляя акцентироваться на этих словах. - С другой стороны, - продолжил Брикьен, - теперь я могу заставить тебя сполна заплатить за нанесенный ущерб и разрушения.

- Ну, вообще-то я оставил свою кредитную карту дома, так что, может, мы просто занесем это на мой счет?

Хотя Брикьен не знал смысл земных терминов, он, конечно, понял мысль Шеппарда и подал сигнал одному из охранников за его спиной. Джон почувствовал резкий удар палкой по груди, вышибивший из его легких весь воздух. Он издал хриплый звук, после чего вызывающе посмотрел на ученого.

- Ты мог бы просто сказать "нет"!

Брикьен холодно улыбнулся.

- Мог бы. Но хочу, чтобы ты усвоил мою мысль: каждый раз, когда ты скажешь что-то, что мне не понравится, будешь испытывать боль.

- Возможно, но я обычно предпочитаю не усваивать подобные мысли, по крайней мере, пока в состоянии дышать.

- Шеппард, ты не можешь всегда получать то, чего желаешь; это еще одна мысль, и я надеюсь довести ее до тебя.

- Ну, не знаю, Брикьен. Я желал, чтобы твое оружие и результаты исследований были уничтожены, и что ты думаешь, так и случилось!

Еще только обдумывая эту фразу в уме, Джон знал, что дорого заплатит за этот небольшой акт дерзости, и не ошибся. Один из охранников ткнул его кулаком в лицо, в то время как другой с громким треском ударил палкой в бок. Подняв на Брикьена помутневшие глаза, Шеппард выдохнул:

- Хотя, ты, наверное, прав. Я желал, чтобы тебя осколками разорвало на части, и все же ты до сих пор здесь.

Джон знал, что это далеко не самая умная вещь, но это было все, что он смог придумать, поскольку его голова раскалывалась от боли. МакКей почти наверняка сказал бы ему, что в таком случае он вообще не должен ничего говорить, особенно когда за его спиной стоят два разъяренных охранника. Прошло не менее минуты, прежде чем невозмутимый Брикьен приказал им остановиться. К этому времени у Шеппарда было, по крайней мере, два, если не три сломанных ребра, и он вынужден был сплюнуть кровь, которая собралась у него во рту от нескольких злобных ударов по лицу. Однако Ронон заявил бы, что любой акт неповиновения своим похитителям - хорошая мысль, поскольку это напоминает вам, что вы еще не сломлены.

Когда Шеппард, тяжело дыша, откинулся назад, Брикьен заметил:

- После встречи с тобой я часто задавался вопросом: как ты воспитывался, и какая у тебя была семья. Что сделало тебя таким, каким ты стал сегодня? А поскольку я - ученый, думаю, ты можешь понять мое любопытство. Я спрашивал себя, что заставляет человека все время подвергать себя опасности, чтобы помогать другим, даже людям, о которых он ничего не знает? Что заставляет этого человека не повиноваться даже перед лицом очень сильной боли? Мне было особенно любопытно, поскольку из надежных источников я узнал, что ты даже не из этой галактики, а из мира, в котором никогда не слышали о рейфах. Какие родители могли быть у такого человека? Ты был для меня загадкой, Шеппард, и я долго ломал над этим голову.

На протяжении этой небольшой речи Джон пытался выяснить, какую игру затеял его враг. Но он никак не мог этого понять, то ли из-за хитрости Брикьена, то ли из-за невыносимой боли в голове, и пришел к выводу, что скорее всего из-за того и другого. Он встретился с противником взглядом и сказал со своей обычной беспечностью:

- Ты разве не знаешь, что любопытство сгубило кошку?

- Впрочем, - продолжил Брикьен, не обращая внимания на его слова, - в отношении тебя у меня сейчас есть более неотложное дело.

- Да? И что же это может быть? Ты хочешь присоединиться к американским Военно-воздушным силам? Хочу тебя разочаровать, они обычно не принимают подонков. - К удивлению Шеппарда, после этого заявления боли не последовало.
- Речь идет, - хладнокровно ответил ученый, проигнорировав комментарий подполковника, - о передатчике в твоей левой руке.

- Передатчике? Что еще за передатчик? Думаю, ты слишком насмотрелся научно-фантастических сериалов, - возразил было Джон.

Брикьен шагнул вперед и наклонился поближе к Шеппарду. Тот боролся с желанием откинуться назад, но вместо этого остался на месте и смело глянул прямо ему в глаза.

- Тот, что я собираюсь вырезать из тебя. - Брикьен отступил, уступая место Джорджу, доставшему нож из-за пояса.

- Эй... разве ты хирург? Я хотел бы подождать, пока мой домашний врач не проверит твои рекомендации.

- Доверься мне, - ухмыльнулся Джордж, пока Шеппард пытался унять свое все более учащающееся дыхание. - Я более чем пригоден для этого.

- Могу себе представить.

Джон почувствовал, как на лбу выступил пот, когда один из охранников отстегнул его левую руку и выпрямил ее, повернув ладонью вверх. Другой охранник держал его за плечо, вытянув его до предела, чтобы Шеппард не мог резко убрать руку. Брикьен отвлек его трепетное внимание от своей руки, сказав:

- Я приказал не удалять твой передатчик, когда вы только прибыли на эту планету, по эгоистичным причинам. Я хотел при этом присутствовать и сам все видеть.

- Ну, лично меня никогда не привлекали документальные фильмы по медицине, я всегда предпочитал смотреть американский футбол.

Джон пытался держать руку как можно ровнее, зная, что в противном случае боль будет еще сильнее. Он сжал кулаки и надеялся, что все будет закончено быстро. Он решил не смотреть, как нож будет вонзаться в его руку, и плотно сжал губы, удерживаясь от крика боли, пока тот прорезал его кожу и плоть, обнажая устройство, которое должно было помочь команде найти его. Пот струился по его лицу, в то время как Джорджу, казалось, потребовалось ненормально много времени, чтобы извлечь передатчик.

Наконец, Джордж закончил свою амбулаторную хирургию, и охранники отпустили его руку. Джон скосил глаза, чтобы рассмотреть новую рану на своей руке и пораженно смотрел, как кровь стекает вниз, образуя на полу небольшую лужу.

- Шеппард, у тебя действительно потрясающая терпимость к боли, - сказал Брикьен, пока Джордж взял у одного из охранников кусок грязной тряпки и обмотал рану, соорудив импровизированную повязку. Джон был уверен, что хотя это поможет остановить кровотечение, гарантирует инфекцию. Он вздрогнул от своих мыслей, услышав, как Джордж швырнул передатчик на землю и растоптал его.

"Ну", подумал он про себя, уставившись на разбитый передатчик, "надеюсь, это не помешает моей команде найти меня, хотя, вероятно, несколько затруднит поиски. Но, эй, МакКей любит принимать вызов, и я вполне мог бы ему это обеспечить".

Шеппард смотрел, как один из охранников снова пристегивает его пульсирующую руку к стулу, когда Брикьен заговорил вновь:

- Знаешь, всегда интересно сравнить то, что ты слышал о ком-то, с реальным человеком. Ты, твоя команда и остальные члены экспедиции на Атлантиду произвели сильное впечатление на людей этой галактики. Некоторые считают тебя и твоих людей Предками. Они думают, что вы вернулись, чтобы уничтожить рейфов. В глазах других вы - воры, захватившие город, на который не имеете никакого права. Тем не менее, мнение, сформировавшееся у людей о тебе конкретно, я считаю еще более интригующим. Большинство дженаев, например, смотрят на тебя, как на маньяка-убийцу. Судя по всему, ты заслужил подобную репутацию, убив за одну минуту шестьдесят их людей. Конечно, многие другие считают тебя героем. Они говорят о твоей храбрости и самопожертвовании, и все же интересно, что бы подумали эти люди, зная, что именно ты ответственен за пробуждение рейфов?
- Какое тебе дело до всего этого? - гневно сверкнул на него глазами Шеппард, отметая выдвинутые обвинения.

- Мне есть дело. Я хотел бы знать настоящего подполковника Джона Шеппарда.

- Я тебя совсем не знаю, Брикьен, - протяжно произнес Шеппард. - Мы не так уж долго знакомы, и я не уверен, что готов к подобной откровенности.

- Возможно, Шеппард, сейчас ты к этому не готов. Но уверяю, к тому времени, как я с тобой закончу, ты будешь готов.

- Я в этом сомневаюсь, - с вызовом бросил Джон.

Но Брикьен отвернулся от него и заговорил с охранниками.

- Поднимите его!

Охранники расстегнули его оковы и подтащили Шеппарда к центру комнаты, подальше от стула и стен. Как Джон ни старался, его колено подогнулось под ним, и он покачнулся.

- Шеппард, ответь мне, почему ты не разговаривал со своим отцом и братом более четырех лет?

Из-за ужасной головной боли, пульсирующего колена и затрудненного дыхания Джон почти перестал обращать внимания на слова Брикьена, но когда тот произнес это, он бросил на него пристальный взгляд. Негодяй жестоко улыбнулся, явно довольный тем, что его заявление вывело Шеппарда из равновесия.

- Уверен, тебя интересует, откуда я это знаю, но поверь, сейчас это совершенно не важно. А важно то, почему ты не возвращался в свой дом, пока твой отец не умер.

Джон постарался как можно быстрее скрыть свой шок и ужас, оттого что Брикьен узнал кое-что настолько личное о его жизни, но так и не смог придумать достойный ответ, и вынужден был довольствоваться правдой.

- Я никогда не отвечу тебе на этот вопрос!

- Очень хорошо, - со скучающим видом произнес Брикьен. - Я ожидал именно этого. - После этого он повернулся к охранникам и отдал приказ: - Вы можете иногда давать ему немного воды, но если он не ответит на этот вопрос, до самого рассвета не позволяйте ему сидеть, отдыхать или есть. Вы можете делать все необходимое, в разумных пределах, чтобы не давать ему спать и удерживать его на ногах. Да, и Шеппард, рассвет на этой планете наступит часов через десять.

После этого Брикьен и Джордж покинули комнату, а один из охранников крепко связал руки Джона за спиной, заставив его руку снова кровоточить под повязкой.

Шеппард прикинул, что он бодрствует уже более двадцати четырех часов и отчаянно пожалел, что не может прилечь даже на мгновение, чтобы хоть немного ослабить боль в колене и голове. Но он знал, что никогда не станет отвечать Брикьену на этот вопрос. Он не говорил об этом даже своей приемной семье на Атлантиде. Кроме того, Джон знал, что не сможет солгать, почему он так долго не разговаривал со своим отцом. Боль от утраты и оттого, что он не успел с ним попрощаться, была еще слишком свежа, и ему хотелось сделать хоть что-то, даже если это означало выдержать боль и страдания. Шеппард считал это одним из способов почтить память своего отца. Кроме того, Джон знал что, даже если бы он сказал Брикьену правду, тот нашел бы другую причину подвергнуть его пыткам. Ведь, в конце концов, смысл всего происходящего заключался в желании отомстить.

Шеппард переступил с ноги на ногу, пытаясь немного уменьшить давление на колено, а его мысли при этом крутились вокруг того, что собирается делать его враг.

Джон знал, что Брикьен горел жаждой мести, и что он достаточно умный и злобный, чтобы не останавливаться только на физической боли. Хотя в этом он был чрезвычайно искусен, о чем напомнило Шеппарду его тело, когда под ним подкосилась нога. "Нет", подумал он, "этот негодяй хочет, чтобы я испытал и душевные страдания тоже".

Вздохнув, Джон понял, что Брикьен проделал над этим довольно хорошую работу. Мысль о том, что он так много знает о его личной жизни, была просто отвратительной и вызывала у Шеппарда чувство тошноты. Он не говорил об этом даже своим самым близким друзьям, и все же Брикьен каким-то образом узнал об этом, и это вызывало еще один вопрос. Как именно он узнал это? Джон полагал, что наиболее вероятным объяснением является то, что на Атлантиде был какой-то шпион или предатель, предоставивший информацию их врагу. Вспомнив о нескольких стычках его команды с людьми Брикьена в последнее время, Шеппард подумал, что в этом есть смысл. Во время всех тех миссий они не должны были вступать с ними в контакт, и все же это происходило. Однако этих стычек было не так уж много, гарантируя, что никто не заподозрит среди них предателя, как и задумал Брикьен.

Еще хуже было то, что шпион все еще оставался на Атлантиде, и никто там даже не подозревал, что среди них есть предатель. Джон догадался об этом только сейчас и теперь ничего не мог поделать. Ведь он схвачен человеком, жаждущим причинить ему как можно больше боли, человеком, нашедшим уникальный и эффективный способ сделать его.

Брикьен знал, что Шеппард никогда не предаст Атлантиду, не выдаст коды или какую-нибудь важную информацию, и вместо этого он нашел кое-что, из-за чего никто не обвинит его в предательстве. Если он скажет Брикьену то, что тот хочет знать о его прошлом и семье, это никого не подвергнет опасности, и все же Джон не мог этого сделать. Сама мысль рассказать негодяю о том, что произошло в его семье, казалась ему предательством. Он, безусловно, скорее столкнулся бы с болью, чем позволил узнать этому ублюдку что-то большее, чем он уже знал о жизни Шеппарда, и Брикьен это понимал.

Брикьен был самым худшим из возможных врагов. Он был умен - не такой умный, как МакКей, а более злобный, злонамеренный, коварный и хитрый. Его ум распространялся на то, чтобы изучить каждую мелочь о своем противнике, найти его самые слабые места и использовать их. Именно поэтому он поставил Шеппарда в такое положение, заставив спорить с самим собой, что ему делать: почтить ли память своего отца единственным доступным для него способом, или сообщить врагу то, что он хотел услышать, в надежде, что это его достаточно удовлетворит, и что Джон сумеет сохранить силы до того времени, пока не сбежит или пока его не спасут друзья.

И, тем не менее, Шеппард решил отдать предпочтение первому и продолжал стоять на своем пульсирующем от боли колене, пока охранники внимательно следили за ним, чтобы не упустить момент, когда он зашатается.

Глава 4

Джону удалось без особых проблем простоять в течение первых шести часов или около того. Хотя он шатался, на самом деле потерял опору только дважды, что, учитывая его больное колено, было, по его мнению, довольно неплохо. Впрочем, каждый раз, когда охранникам требовалось убедиться, что он все еще не спит, те били его палкой, но большую часть времени он оставался в относительном покое.

Но спустя шесть часов стояния на одном месте его тело кричало от боли, и он чувствовал, что готов свалиться от усталости. Его колено, похоже, согласилось с телом, подвернулось под ним, и он рухнул вниз. Джон попытался оттолкнуться от земли, прежде чем на него налетят охранники, но его тело было слишком истощено и отказалось сотрудничать.

Охранники были рядом с ним через мгновение, и Шеппард почувствовал сильный удар ботинком в живот. Он попытался свернуться калачиком, но еще один удар палкой по пояснице заставил его разогнуться.

- Вставай немедленно! - потребовал охранник.

Джон попробовал еще раз, но у него ничего не получилось. Он напряг тело в ожидании следующих ударов. На этот раз нога попала ему в руку, из которой был вырезан передатчик, и Шеппард прикусил губу, чтобы сдержать крик боли.

Двое охранников потянули его за плечи, но он был не в состоянии стоять самостоятельно и повис в их руках мертвым грузом. И для пленника, и для охранников было очевидно, что в течение следующих четырех часов он не сможет стоять сам: истощение и раны брали свое. Охранники недолго посовещались, чтобы выработать план действий. Они решили развязать ему руки и затем надеть на них кандалы, прикрепленные к цепи, которая свисала с потолка. Они отрегулировали цепь таким образом, чтобы его руки были вытянуты над головой, а ноги едва касались земли.

- Так ты будешь на ногах, и тебе не придется беспокоиться о падении, - злобно усмехнулся один из охранников, после чего добавил: - Хотя, конечно, это может плохо отразиться на твоих плечах.

Шеппард слишком устал, чтобы придумать саркастический комментарий к этому замечанию, поскольку его плечи начали гореть от боли, удерживая тело вертикально. Чтобы отвлечься от страданий, вызванных его бедственным положением, и не думать о том, что произошло между ним, его отцом и братом Дэйвом, он решил вспомнить различные успешные миссии со своей командой. Такие, как, например, на M7G-677, где жили дети. Они не только вернулись оттуда живыми и невредимыми, но и остановили порочный круг самоубийств, имевших место на этой планете. Плюс, Шеппард никогда не мог забыть, насколько забавно было видеть, как МакКей там обращался с детьми. Это был прекрасный пример того, как не стоит вести себя с ними. Хотя Джон должен был признать, что некоторые из детей, в конце концов, поладили с колючим ученым и, хотя Родни никогда бы в этом не признался, Шеппард был уверен, что он их тоже полюбил.

Потом еще был случай, когда МакКей получил сверхспособности благодаря устройству, предназначенному помочь Древним вознестись. Джон улыбнулся, подумав о том, что было бы, сумей тот их сохранить. И даже прекрасно зная, что Вейр ему откажет, сам он тоже попросил у нее разрешения испытать это устройство. Он считал, что попытка того стоит, хотя, как и следовало ожидать, она кинула на него взгляд, говорящий: "Ты это действительно серьезно?" или: "Ты что, идиот?", прежде чем быстро сказать нет. Шеппард постарался не думать о том, что бы он сделал, если бы те сверхспособности были у него прямо сейчас; его приводило в бешенство собственное бессилие.

Понимая, что эти мысли ему не помогут, он решил вспомнить, как впервые увидел Ронона и Родни во время спарринга. Шеппард с трудом сдержал смех, вспоминая Родни в белом халате для каратэ с желтым поясом вокруг талии и привязанной к груди черной подушкой.

Для Джона было приятным сюрпризом, когда Ронон и Родни стали не только членами команды, но и друзьями. Честно говоря, он не был уверен, что это когда-либо произойдет, и все же это случилось. Шеппард чуть не засмеялся, вспомнив о том, насколько изменился Ронон в умении ладить с людьми по сравнению с тем, каким он был, когда они встретились в первый раз. Сатедианин прошел путь от человека, захватившего их с Тейлой в плен, до одного из самых близких его друзей, и даже отправился с Джоном на Землю на похороны его отца.

Шеппард чувствовал себя немного лучше, когда думал о том, что Ронон, Родни и Тейла - не считая остальных людей на Атлантиде - делают все возможное, чтобы найти его и спасти. Он только надеялся, что сумеет продержаться, пока они не придут.

***

Последний предрассветный час всегда самый темный, а в случае Шеппарда, самый тяжелый. Его плечи онемели, удерживая вес тела, но стоило ему хоть немного шевельнуть ими, как они начинали гореть мучительным огнем. Кроме того, казалось, что его глаза налиты свинцом и постоянно закрываются по собственной воле. Как бы Джон ни пытался бодрствовать, время от времени он начинал отключаться, и это заставляло охранников каждые несколько минут делать что-то, чтобы удерживать его бодрствующим: при этом их самым любимым развлечением было плескать ледяную воду ему в лицо.

Хотя в комнате было гораздо теплее, чем в его камере, Шеппард начал сильно дрожать, ведь его рубашка насквозь пропиталась водой. Тем не менее, даже это не особо помогало ему бороться со сном. Его мир сжался до небольшой точки, включающей только холод, боль, усталость и страдание. Он даже не помнил, почему испытывает эту пытку. Каждый раз, когда он пытался все вспомнить, это был какой-то... вопрос; и он знал, что не должен на него отвечать.

Наконец, после того, как, казалось, прошла вечность, дверь в комнату открылась, и вошел Джордж. Перед глазами у Джона все плыло, и он едва мог сфокусировать на нем на взгляд, но сумел понять почти все из того, что тот говорил.

- ...выдержал ночь, Шеппард. Поздравляю! Наслаждайся своим отдыхом, пока он у тебя есть, потому что очень скоро мы проведем вместе больше времени.

Джону понадобились все его силы, чтобы понять, о чем говорит Джордж, так что он не заметил, как охранники освободили его руки от наручников, и рухнул почти без сознания на твердый пол. Это пробудило боль в его многочисленных ранах, число которых за ночь существенно возросло, поскольку его стражи изо всех сил постарались не давать ему покоя. Когда охранники тащили его из комнаты, он даже не пытался идти. Шеппарда швырнули в его клетку, и он заснул еще до того, как за ним закрылась дверь.

***

Джон внезапно проснулся и резко сел, забыв, что его тело в данный момент нуждается в отдыхе. Но он, по крайней мере, получил несколько часов сна и чувствовал себя чуточку лучше, так что решил подвести итоги своего физического состояния.

Его одежда с предыдущей ночи была слегка влажной, и Шеппард продолжал дрожать от холода. Хотя, полагал он, это было не настолько плохо, как могло быть. Клетка немного нагрелась, то ли от дневного тепла, то ли оттого, что Брикьен включил обогрев, чтобы убедиться, что заключенный не умрет от гипотермии.

Левая рука Шеппарда горела огнем, и он видел, что "повязка" полностью пропиталась засохшей кровью. Все его тело казалось воспаленным, из-за боли в сломанных ребрах ему приходилось часто и неглубоко дышать. Колено распухло, и Джон задумался, что с ним будет, если он попробует на него ступить. Его левый глаз полностью заплыл, а когда он прикоснулся рукой к голове, в своих спутанных волосах нащупал засохшую кровь, и у него возникло чувство, что по его черепу стучат молотками.

Однако он напомнил себе, что все могло быть намного хуже. Он чувствовал себя готовым придумать план и попытаться сбежать. Джон осмотрел комнату в поисках того, что мог бы использовать, и заметил небольшую миску с водой, оставленную ему охранниками. Он нетерпеливо пополз к ней, как можно аккуратнее волоча за собой правую ногу. Хотя вчера ему несколько раз давали воду, ее каждый раз было очень мало, недостаточно, чтобы напиться. Он аккуратно поднес миску к губам и медленно выпил все ее содержимое. Это немного смягчило его пересохшее горло, но так и не позволило утолить непреодолимую жажду.

Выпив все до дна, Джон осмотрел деревянную миску на предмет ее возможного использования помимо миски как таковой. Она была изготовлена из твердой прочной древесины, и Шеппард полагал, что если ударить достаточно сильно, ею вполне можно сбить кого-то с ног. Он решил, что должен действовать, пока не слишком ослабел от ран и голода, чтобы двигаться и идти, не говоря уже о том, чтобы драться. Это сработало, когда он с Тоддом сбежал от Колы. При этом он старался не думать, что его первая попытка побега не удалась.

Джон устроился напротив задней стены камеры с миской, казалось, свободно лежащей в его правой руке. Он решил, что должен отдохнуть и собраться с силами, и когда охранники за ним вернутся, сделать свой ход.

Прошло почти два часа, и Шеппард, наконец, услышал звук приближающихся шагов. Когда они остановились перед его камерой, он изо всех сил старался сохранять вид измученного и избитого заключенного и лежать неподвижно. Он посмотрел на них, пытаясь продемонстрировать всю испытываемую им боль и слабость.

Как только один из охранников открыл дверь, Джордж приказал Шеппарду встать. Тот принялся медленно подниматься, используя стену для равновесия и поддержки в попытке создать у охранников ложное чувство безопасности. После этого Джон начал медленно, осторожно хромать к охранникам, делая вид, что просто забыл про миску в своей руке.

Шеппард видел, что это работает, поскольку охранники вели себя не так бдительно, как раньше. Их оружие висело по бокам, вместо того, чтобы быть направленным ему в голову. Очевидно, они решили, что перенесенных им пыток было достаточно, чтобы его сломить.

"Еще рано", подумал Джон, медленно хромая через дверь клетки. Как только один охранник отвернулся, чтобы закрыть дверь, Шеппард сделал вид, что споткнулся, приблизился к другому, а затем... набросился на него, правой рукой с силой ударив миской в голову и одновременно выдернув оружие из его ослабевшей руки. Он быстро повернулся и выстрелил в Джорджа, но его правое колено подогнулось, лишив равновесия, и вместо того, чтобы, как он планировал, попасть в сердце, пуля задела левую руку его врага. Джон прицелился, чтобы выстрелить снова, но его отвлек охранник, который закрыл дверь и кинулся в нападение. Он был слишком близко к Шеппарду, чтобы в него можно было стрелять, так что, вместо этого Джон ударил охранника оружием в челюсть, отбросив его снова к решеткам клетки. Но прежде чем ему удалось повернуться и снова напасть на Джорджа, он почувствовал зверский удар по спине и рухнул на землю. Перевернувшись, он уставился на Джорджа, стоящего над ним с тяжелым оружием, сжатым в руке. "Ну, по крайней мере..." с гримасой подумал подполковник, глядя, как нога Джорджа стремительно приближается к его голове, "...я доказал им, что все еще не сломлен".

Продолжение следует...
Награды: 8  
Kitten Дата: Суббота, 14 Ноября 2015, 17:53 | Сообщение # 4
Дух Атлантиса
Группа: Свои
Сообщений: 7445
Репутация: 2068
Замечания: 40%
Статус: где-то там
Цитата iris ()
А его и не было, он - исключительно плод фантазии автора. Наверное, мне нужно было указать его, как ОМП.

да, скорее всего так будет правильно. Чтобы читатель знал. что это - чисто авторский персонаж. Просто он невольно напомнил мне другого перса ... точнее группу персов из числа беглых дженаев, подобных группе Кольи, с которыми атлантийцам да и пожалуй, слайдером в будщем придется иметь дело. Правда эти люди (беглые дженаи) сами тогда напоролись на приключения... ( я бы сказала цитатой из одной прочитанной стремной книжки: "Это не я, это они ПОПАЛИ!" (с)

Да уж, умеет Джон находить неприятности на свою задницу.


Мир велик и тесен (с)
ШОК - это по-нашему (с)
Награды: 99  
iris Дата: Суббота, 14 Ноября 2015, 18:03 | Сообщение # 5
Житель Атлантиды
Группа: Свои
Сообщений: 746
Репутация: 417
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Kitten ()
Да уж, умеет Джон находить неприятности на свою задницу.


Ну, еще больше неприятностей находят ему преданные фикрайтеры. :D

Ладно, выложу, уже, самую тягостную 5 главу, и заодно 6-ю (если поместится), а потом уже полегче будет...

Глава 5

Шеппард очнулся, чувствуя, что его руки разведены над головой в стороны, в результате чего все предыдущие раны болезненно натянулись. Охранники крепко привязали его запястья к решеткам камеры, так, что ноги едва касались земли, вызывая невероятное давление на уже и без того воспаленные плечи. Веревки врезались в плоть искалеченных запястий, и Джон чувствовал, как капельки крови стекают по рукам.

Он понял, что Брикьен тоже в комнате, когда тот сказал:

- Ну, это было довольно глупо, и должно, в конечном итоге, принести тебе немного боли.

Шеппард попытался повернуть ноющую голову, чтобы посмотреть на Брикьена. Наконец, он мельком увидел его и заметил, что рядом с ним стоит Джордж. Его левое плечо было перевязано. Глаза Джона расширились, поскольку он увидел длинный толстый кожаный кнут с несколькими сильно истрепанными концами, веером раздувающимися в его руках.

- Шеппард, до сих пор я не использовал этот кнут, поскольку хотел показать тебе, насколько мы можем быть разумными. Но ты только что совершил кое-что абсолютно неблагоразумное. Боюсь, теперь я должен преподать тебе урок за попытку к бегству и нападение на меня или моих людей. За то, что ты пытался сбежать, я собираюсь дать тебе пять ударов кнутом, а затем за каждого из моих людей, на которых ты напал, еще по пять, так что, в общей сложности, ты получишь двадцать ударов.

Заметив злорадство на лице Джорджа, Джон сглотнул желчь в горле. Он знал, что пришло время расплаты за огнестрельную рану и почувствовал, как напряглось его тело в ожидании того, что сейчас последует.

По приказу Брикьена один из охранников медленно подошел к Шеппарду и начал разрезать его футболку.

- Нет причин раздирать ее кнутом, и я не хотел бы, чтобы она помешала твоему уроку, - сказал злодей, когда охранник закончил срывать ее с пленника, обнажив его голую спину.

- Знаешь, - сказал Джон, сглотнув, - здесь сильно дует, и мне вообще-то нравилась эта футболка.

- Боюсь, теперь этому нельзя помочь, - произнес Брикьен со злой ухмылкой.

- Ты уверен, что для меня это - лучший способ извлечь урок? Разве у тебя нет книги или еще чего-то, что я мог прочитать вместо этого?

Его мучитель холодно усмехнулся.

- Ты, как всегда, шутишь, Шеппард, но уверяю тебя, сейчас все серьезно. Тебе нужно преподать урок о тщетности бегства и последствиях подобных попыток.

Брикьен отвернулся от Джона и обратился к Джорджу.

- Ты можешь начать, как только будешь готов. Если почувствуешь усталость, и твои удары станут не настолько сильными, как того требует наказание, остановись. Мы должны гарантировать, что каждый удар будет достаточно болезненным. Кроме того, я разрешаю тебе нанести ему два дополнительных удара, чтобы убедиться, что у тебя правильная техника. К тому же ты хочешь отомстить Шеппарду за свою рану.

Глядя на пленника, Джордж злобно усмехнулся, после чего посмотрел на свою руку, куда попала пуля Джона. Шеппард сглотнул, зная, что ему придется сполна заплатить за боль и разочарование, которые он доставил этому человеку. Его мышцы напряглись, и он с силой сжал руками решетки камеры, к которым был привязан.

Как бы Джон ни старался подготовиться, первый удар был подобен огненному вихрю, и у него перехватило дыхание. Джордж тихо рассмеялся и спросил:

- Ну как, нравится? Поверь, это ничто по сравнению с тем, что ты будешь чувствовать от последующих ударов.

Он поторопился подтвердить свое заявление, и Шеппард почувствовал, как новый удар сотряс его спину. Джордж был прав, во второй раз это было хуже, поскольку кнут пересек рваную рану на его спине.

- Теперь мы начнем! - произнес Брикьен со злым смехом.

Шеппард попытался удержать стон, поскольку понял, что, несмотря на всю боль, наказание еще даже не началось. Ему по-прежнему предстояло получить двадцать ударов.

Следующий удар был сильнее, чем два предыдущих, и концы кнута обвились вокруг спины Джона, дотянувшись до груди.

- Один.

- Помни, Шеппард, ты сам довел до этого и заслуживаешь каждый удар в полной мере, - пробормотал Брикьен.

Очередной удар отозвался в пульсирующей спине Джона взрывом огня.

- Два.

- Разве это не так, Шеппард? Ты не заслуживаешь этого?

- Три.

- Отвечай, Шеппард, или я добавлю еще один удар! - потребовал злой голос, но Джон едва мог на нем сосредоточиться, поскольку его тело напряглось в ожидании следующего болезненного удара.

- Нет, это... не моя... вина, - задыхаясь, пробормотал он. - Это... вина... злого ублюдка... который захватил меня...

- О нет, Шеппард, это твоя вина, и поскольку ты продолжаешь лгать, я думаю, что все-таки должен добавить еще один удар. - Повернувшись к Джорджу, он сказал: - Продолжай снова с трех.

Злобный охранник улыбнулся и вновь ударил Джона по спине, сказав:

- Три.

Пленник прикусил губу, чтобы удержать крик боли и пожелал, чтобы это побыстрее закончилось; тем не менее, он знал, что до конца еще очень далеко. Садистский ублюдок сделает все, чтобы довести его до пределов сил... на самом деле Джон начал задумываться, сумеет ли он раздвинуть эти пределы.

Джордж снова хлестнул его, добавив на спине новые кровавые полосы.

- Четыре.

- Я должен убедиться, что ты извлекаешь свой урок, Шеппард. Скажи мне, за что тебя секут?

- Пять.

- За то, что... меня... захватил... злобный ублюдок... который собирается... отнять мою жизнь!

- Боюсь, это неправильный ответ. Шеппард, это - полностью твоя вина, и мне нужно, чтобы ты признал это.

- Шесть.

Джон еще крепче стиснул решетки и затаил дыхание, напряженно ожидая следующего удара.

- Семь.

Удар был сильнее предыдущих, и Шеппард почувствовал, как кнут обернулся вокруг его груди.

- Я сказал, признай это! Или скажи мне, за что каждый удар, или я добавлю еще пять!

Джон подумал было не отвечать, но решил, что пора уступить.

- Пять ударов... за... попытку... бегства...

Следующий удар застал его врасплох, и он с трудом перевел дыхание, когда Джордж сказал:

- Восемь.

- А остальные?

- Они за... нападение... на... твоих людей...

- Девять.

Новый удар огнем прокатился по спине Джона, и он с трудом сдержал мучительный стон. Затем, не давая ему шанса прийти в себя, кнут щелкнул и снова вступил в контакт с его спиной.

- Десять.

Боль с каждым разом становилась все сильнее, но Джон почувствовал, что сила последнего выворачивающего наизнанку удара была не так велика, как предыдущих. Похоже, Брикьен тоже это заметил.

- Остановись, - велел он Джорджу. - Последний удар не имел силы, необходимой для этого наказания. Дай отдохнуть своей руке, и мы продолжим, когда ты будешь в состоянии причинить Шеппарду всю боль, которую он заслуживает. - После этого Брикьен повернулся к Джону, прислонившемуся лицом к решеткам своей камеры и пытающемуся отдышаться. - Боюсь, последний удар не будет засчитан в числе положенных двадцати. Нам придется снова начать с десяти.

Шеппард тяжело дышал, игнорируя Брикьена, как только мог. Он попытался подвести итоги своего текущего состояния и понял, что оно намного хуже, чем ему хотелось бы. Прежде всего, веревки, удерживающие его в вертикальном положении, глубоко врезались в израненные кровоточащие запястья. Во-вторых, его правое плечо сильно пострадало от попавшего в него удара кнутом и было, по крайней мере, болезненно напряжено, хотя он с удовлетворением отметил, что оно не вывихнуто. Его спина пульсировала с каждым ударом сердца, и Джон чувствовал, как по спине вниз стекает кровь.

Внезапно Шеппард почувствовал острую боль и резко выдохнул. Брикьен с силой надавил на одну из рваных ран в верхней части его спины.

- Кажется, ты не уделяешь мне внимание, Шеппард!

- Прости... я пытался... прийти в себя... после того... как с моей спины... содрали кожу...

- Ну, в дальнейшем, когда я говорю, постарайся меня слушать, потому что иначе я вынужден буду использовать менее приятные методы для привлечения твоего внимания. - Говоря это, Брикьен снова придавил одну из ран на спине Шеппарда.

- А ты когда-нибудь... задумывался... просто... оставить кого-то... с его страданиями... на некоторое время? - пробормотал Джон в ответ, изо всех сил пытаясь не кричать от боли.

- Шеппард, я знаю, что вчера ты решил не отвечать на мой вопрос о том, почему не разговаривал со своим отцом в течение многих лет. Возможно, вместо этого ты ответишь на другой вопрос. Почему все эти годы ты не разговаривал со своим братом, Дэйвом? Или его зовут Дэвид?

Джон лихорадочно думал, пытаясь понять, как Брикьен узнал, что он называет своего брата Дэйв, в то время как того зовут Дэвид. Хотя из их предыдущего разговора ему стало известно, что на Атлантиде был шпион, то, что его папа недавно умер, и что он годами с ним не общался, ни для кого не было секретом. Однако Шеппард не мог понять, как кому-то на Атлантиде, за исключением, возможно, Ронона, удалось узнать такую специфическую деталь о его брате.

- Ты меня слышал? Почему ты не разговаривал со своим братом?

Шеппард вернулся к разговору и попытался придумать, как ему ответить на этот вопрос, на самом деле не отвечая на него. Причины его нежелания общаться с братом были намного сложнее разрыва с отцом, и хотя Джон и Дэйв начали постепенно налаживать отношения, до завершения этого процесса было еще очень далеко. Слишком долгие годы молчания привели к возникновению обиды друг на друга, и чтобы ее преодолеть, теперь требовалось время... время, которого, как понимал Шеппард, у него может уже не быть.

- Ну... это... обычная... история... На самом деле... два брата... влюбляются... в... одну девушку... ссорятся из-за... нее... не разговаривают... многие годы... Такое... встречается... повсюду... на Земле...

Джон видел, что Брикьен ему не поверил, но не собирается делать из этого проблему, по крайней мере, прямо сейчас. Вместо этого он отвернулся, чтобы поговорить с Джорджем и другим охранником.

В течение следующих двадцати минут, пока рука Джорджа отдыхала, Шеппарда оставили в относительном покое. Он не мог сосредоточиться на окружении, поскольку его внимание было полностью направлено на невероятную боль, охватившую все тело.

Затем, без предупреждения, он вдруг почувствовал, как кнут снова со страшной силой стегнул его по спине. Джон не успел подготовиться к удару и не смог сдержать небольшой крик боли, когда почувствовал, как кожаные ремни содрали струпья, уже сформировавшиеся на его коже.

- Десять, - со смехом сказал Джордж.

И вновь послышался свист кнута, рассекающего воздух, перед тем как опуститься ему на спину. Удар пробудил огонь, постепенно превратившийся в тлеющий огонек боли.

- Одиннадцать.

Брикьен, явно наслаждаясь болью Шеппарда, заявил:

- Знаешь, если бы ты не вернулся, чтобы разрушить все мои исследования, то не попался бы мне в руки; так что на самом деле вся боль, которую ты сейчас испытываешь, полностью твоя вина.

- Это... полная... чушь...

- Двенадцать.

- Кроме того, учитывая, сколько людей ты убил за эти годы, ты действительно думаешь, что не заслуживаешь всей этой боли?

- А как насчет... тех людей... которых... убил... ты?.. Какой... боли... заслуживаешь... ты?..

Следующий удар был еще сильнее, и Шеппард прикусил губу, чтобы не закричать от боли.

- Тринадцать!

- Ты - причина раннего пробуждения рейфов. Именно из-за вашей "экспедиции на Атлантиду" появился Майкл со своими гибридами, мучая всех, кто попадается у него на пути. Ты даже не заботился, как следует, о своей семье, и не удосужился поговорить со своим отцом, прежде чем он умер. И все же ты считаешь, что я заслуживаю боли больше, чем ты?

- Четырнадцать.

- Ну... я... как минимум... не испытываю... биологическое... оружие... на... детях... и не... пытаю... людей...

- Шеппард, это - наказание, а не пытка, и любой должен радоваться, когда ему преподают урок. Для каждого человека важно учиться. Помни, я делаю все это для твой пользы.

- Я... сомневаюсь... насчет... этого...

- Пятнадцать.

Этот удар заставил, наконец, колени Шеппарда подогнуться, не в состоянии больше удерживать ослабевшее тело. Силы Джона почти иссякли, и он слегка вскрикнул, когда весь его вес внезапно пришелся на исстрадавшиеся плечи.

- О, прости, Шеппард, ты устал? Это очень плохо, поскольку тебе еще осталось пять ударов. - Брикьен повернулся и пристально посмотрел на Джорджа. - Продолжай наказание.

Мерзавец, явно довольный этим указанием, быстро отвел руку и с силой хлестнул Джона по спине.

- Шестнадцать.

Шеппард постарался медленно выпрямиться, чтобы уменьшить часть давления на плечи, но как только ему удалось встать, в воздухе опять раздался свист кнута, и удар заставил его ноги снова подкоситься под ним.

- Семнадцать.

Тяжело дыша и не имея больше сил выпрямиться, Шеппард напрягся в ожидании следующего удара, однако его не последовало. Он с трудом попытался повернуть голову и увидел, что кнут, с которого стекает его кровь, Джордж передает Брикьену.

- Я всегда люблю преподавать последнюю часть любого урока лично, и в твоем случае желаю сделать это сильнее обычного. Хотелось бы, чтобы ты понял милосердие, которое я проявил, не нанеся тебе каждый удар кнутом сам.

Шеппард попробовал сглотнуть, в то время как его мышцы напряглись. Он чувствовал, как по лбу стекает пот, и попытался отдышаться. Ему хотелось выдать какой-нибудь остроумный комментарий, чтобы показать Брикьену, что не боится, но ничего не приходило на ум, поскольку он чувствовал, как его спина пульсирует от боли. Джон медленно подобрал под собой ноги и попытался встать так прямо, как только мог; это было единственное, что он мог придумать, чтобы показать Брикьену, что он еще не сломлен.

- У тебя, безусловно, хватает мужества, Шеппард. Большинство людей к настоящему времени уже сдались бы, а ты все еще пытаешься не повиноваться. Но сейчас я хотел бы, чтобы ты извинился перед моим охранником за огнестрельную рану, которую ему нанес.

- А как... насчет... синяков... которые... он нанес... мне?.. Пусть... он... извинится... первым...

Ответ последовал быстро в виде сильного удара кнутом, который был ужаснее, чем все предыдущие. Брикьен не шутил, когда говорил, что может доставить с помощью кнута гораздо больше боли, чем его охранники. Одной только силы удара было достаточно, чтобы заставить Джона задохнуться от боли. Однако палач также умело заставил концы кнута развернуться и охватить как можно больше кожи Шеппарда; главный ремень даже обернулся вокруг его живота. Все полоски кнута разошлись веером и рассекли кожу или углубили предыдущие рубцы с ужасной силой, и Джон почувствовал, что в его глазах от боли выступили слезы.

- Восемнадцать, - произнес Брикьен почти скучающим голосом, словно это не он только что причинил другому человеку огромную боль. - Теперь, почему бы нам не попробовать снова... хмм? Извинись немедленно!

- ...Прости... - выдохнул Шеппард, не в силах отдышаться.

- За что?

- ...За... то, что напал... на него...

- Хорошо, - сказал Брикьен как раз перед тем, как снова ударить кнутом. Казалось, будто всю спину Шеппарда охватил огонь. Его мучителю удалось развернуть ремни кнута так, чтобы вызвать как можно больше повреждений и боли. На этот раз один из более тонких концов несколько раз плотно обвился вокруг правого плеча Джона, и когда Брикьен рывком его сдернул, оставил на этом месте несколько кровавых полос.

- Девятнадцать.

- А за что еще ты должен попросить прощения, Шеппард?

Не в состоянии больше поддерживать свой вес и перенеся его на плечи, Джон собирался и дальше упорствовать. Но все же он напомнил себе, что должен уступить, иначе Брикьен обезумеет настолько, что причинит ему еще больше боли и еще больше его ослабит.

- Я... прошу прощения... за... нападение... на других... людей...

- И?

- ...За... попытку... побега...

- Прекрасно, - сказал Брикьен, вновь опуская кнут на спину Шеппарда. На этот раз Джон едва устоял от боли, но тут же напомнил себе, что все закончено. Это был конец его наказания.

Он почувствовал, как его мышцы постепенно расслабляются, и напряжение покидает тело, знавшее теперь о боли гораздо больше. И тут внезапно, без предупреждения, его спина отозвалась новым взрывом огня. Брикьен еще раз стегнул Шеппарда кнутом, и на этот раз он не смог сдержать мучительного крика. Не в силах больше противиться охватывающей его тьме, он проскользнул в счастливое забытье.

Глава 6

Очнувшись, Шеппард обнаружил, что лежит, распластавшись на животе, на бетонном полу своей камеры. Его спина была охвачена огнем, также как и левая рука, из которой вырезали передатчик, но остальное тело дрожало от холода. Джон полагал, что рука, должно быть, воспалилась, а спина, со всеми открытыми ранами, достаточно скоро присоединится к ней. Он не мог сказать наверняка, есть ли у него температура, но думал, что это вполне вероятно. Наказание Брикьена было очень жестоким, и впервые Шеппард позволил себе реально рассмотреть весьма вероятный шанс, что он вряд ли будет жив, когда сюда прибудет его команда.

Он задумался, как воспримут его смерть члены команды и остальные люди на Атлантиде. Джон знал, что для его команды это будет очень тяжело; в конце концов, они были, как семья. Лорн вряд ли обрадуется необходимости командовать всеми, пока не найдут замену. Хотя подполковник был уверен, что у майора все получится, ведь каждый раз, когда он отсутствовал, тот прекрасно справлялся. Шеппард полагал, что многие морпехи будут скучать по нему, хотя, как ему стало известно, некоторые новички, недавно прибывшие на Дедале, были недовольны своим командиром. Джон знал, что они не согласны с большинством решений, принятых им за время пребывания на посту военного командующего Атлантиды. Он надеялся со временем завоевать их доверие, но теперь, похоже, у него не будет такого шанса.

Но больше всего Джона волновал вопрос о том, как эту новость воспримет Дэйв. Они начали посылать друг другу письма по электронной почте; каждое сообщение содержало множество ничего не значащих слов с намеками на важные проблемы, которые никогда открыто не обсуждались. Шеппард задумался, будет ли его брат жалеть, что им не удалось поговорить о событиях в семье, разделивших их так надолго. На самом деле, за исключением одной фразы Дэйва о том, что папа сожалел о происшедшем, больше ничего не было сказано. Когда он разговаривал с братом перед возвращением на Атлантиду, эта тема казалась очень болезненной, и ни один из них не решился ее поднять. Все же Джон не хотел, чтобы он или Дэйв умер, прежде чем они об этом поговорят. Но, к сожалению, похоже, предстоят еще одни похороны с невысказанными вопросами, зависшими в воздухе.

Шеппард вздохнул, вспомнив, как Дэйв в одном из писем упомянул, что его невеста Сидни надеялась с ним встретиться, как только ему удастся получить отпуск. Она не смогла попасть на похороны до отъезда Джона. Ему было жаль, что им так и не удалось познакомиться: судя по тому, что о ней говорил Дейв, она была очень похожа на их мать. Шеппард покачал головой, пытаясь отбросить эти мысли. Он не желал испытывать боль еще и от этой потери и решил попробовать заснуть.

Его сон, однако, был беспокойным и включал в себя кошмары, в которых смешались худшие события его жизни. Наконец, ближе к концу ночи, ему удалось мирно поспать пару часов, пока его не разбудил кашель. Каждый приступ заставлял его грудь взрываться от боли, и он пожалел, что не может чего-нибудь выпить, чтобы унять жжение в пересохшем горле. Джон ни